Негромкая трель мобильного резанула поляка по нервам. Он поспешно схватил трубку и поднес ее к уху:
– Алло!
– Ты где, Анджей? – послышался в телефоне голос утреннего незнакомца.
– В Нуэво-Ларедо.
– Молодец. То, что ты вез, с тобой?
– Да.
– Ну что же. Отлично, Анджей. Еще немного, и твои близкие будут на свободе. Слушай, что надо сделать. Только ничего не перепутай. Сделаешь все как надо, и скоро все закончится…
– Да-да. Я слушаю, – торопливо проговорил Ольшански.
13
Нуэво-Ларедо, Мексика
Лиза Камански в разговоре с Анджеем покривила душой. Ситуация не была под контролем МНБ, хотя ее агенты и пытались сделать все возможное.
Сотрудники оперативного отдела так и не смогли засечь «хвоста» за «Шевроле» Ольшански, когда он ехал из лос-анджелесского международного аэропорта домой. Не удалось обнаружить и наблюдения за такси, на котором поляк вернулся в аэропорт. Его же неожиданный вылет в Сан-Антонио вообще серьезно спутал карты МНБ.
На рейс успели подсадить только одного сотрудника оперативного отдела. Остальным участникам операции во главе с Лизой пришлось вылететь в Техас частным самолетом…
В настоящий момент в Нуэво-Ларедо находилось всего четверо сотрудников МНБ – две пары на спешно арендованных машинах с техасскими номерами. Лиза и Джимми проследовали через границу на джипе уже после Ольшански.
Едва Джимми въехал в Нуэво-Ларедо, Лиза связалась с сотрудниками оперативного отдела:
– Кондор-три, как обстановка?
– Под контролем. Объект наблюдаю визуально. Припарковался на центральной улице.
– «Маяк» и микрофон в порядке?
– Да. Работает, сигнал устойчивый…
Еще в комнате для интервью лос-анджелесского аэропорта сотрудники технического отдела спрятали в одежде Ольшански два микроскопических устройства – микрофон и радиомаяк. Именно благодаря этому передвижения Ольшански пока удавалось отслеживать. Что касается импульсного радиомаяка, установленного в модуле, то он должен был активироваться только при включении модуля в работу.